Игорь Савельев

Писатель, обозреватель РБК в Уфе
— Сколько часов в день вы обычно работаете?
—  От 9 до 14 часов. В последний год у меня установилась более-менее четкая структура рабочего дня. С 10−11 до 19−20 часов я занимаюсь журналистской работой в редакции. Повторно я сажусь за компьютер дома в полночь, после того как мы уложим сына и уберемся, и работаю до 5 часов утра. Этот отрезок моей работы связан с литературой и сопутствующими ей делами, хотя далеко не всегда с написанием прозы. Это бывает не каждую ночь, а периодами: обычно получается работать две ночи подряд, потом две ночи я сплю.
— Какие СМИ регулярно читаете?
—  По работе я читаю РБК, «Коммерсант», ленту нескольких информагентств, иногда «МК», «Известия», «Российскую газету», «Газету.ру». Вне работы — разное, из журналов стараюсь регулярно читать «Искусство кино», «Новый мир» и уфимские «Бельские просторы».
— Самая полезная книга или статья, которую вы в последнее время прочитали?
— О художественных книгах, наверное, трудно так однозначно сказать «полезные». Полезной была книга Алексея Иванова «Ебург», из которой я вынес много идей. Статьи трудно выделить, они идут сплошным потоком («бесполезное» все-таки и не выцепляешь, не читаешь).

Из недавнего мне запомнились колонки Максима Кононенко в «Известиях», посвященные проблеме авторского права. Обычно я с Кононенко не согласен, но тут наши взгляды совпали.
Нам остро не хватает издания, где был бы такой легкий сплав темы искусства и форм артистической светской хроники.
На какие темы вам нравится писать авторские колонки?
— Боюсь, ни на какие. У меня опыт работы колумнистом в двух изданиях: в 2010−15 годах я регулярно писал колонки для федеральных выпусков «Московского комсомольца», с 2014-го веду еженедельную колонку в уфимской «Общественной электронной газете». В обоих случаях мне не удалось в полной мере сделать то, что я хотел. В «МК» это был интересный опыт, связанный с тусовкой в пуле колумнистов, которых прессуют власти. С рубрикой «Свободное мнение», с которой я сотрудничал, были связаны конфликт «МК» и Госдумы, акции по прессингу газеты и, в конечном счете, эмиграция редактора рубрики в Киев. Что касается уфимского издания, то я продолжаю раз в неделю выдавать какое-то «слово пастыря», чаще почти на автомате. Темы, которые мне действительно интересны, возникают раза два в месяц. Поэтому я пока «объелся» колонками и не испытываю потребности писать в этом формате еще куда-то и о чем-то.
За работой кого из уфимских коллег следите и почему?
— В узком профессиональном смысле мне интересно то, что делают мои коллеги по РБК-Уфа и уфимской редакции «Коммерсанта». Если смотреть шире, я более-менее регулярно читаю колонки Шамиля Валеева, Артура Дмитриева, Кристины Абрамичевой, слежу за журналистскими опытами Владимира Скрипника (иногда не без иронии). На телевидении это, наверное, Дима Каретко, Руслан Фаршатов, Артем Шадрин (проект «Мирко Здравич»). На вопрос почему я, наверное, не отвечу, в каждом случае по-разному: где-то мне близок круг тем, где-то — манера подачи. Мне очень интересен проект Missis Fix — критический блог об уфимских публичных персонах, автор которого скрывается за такой жутко симпатичной речевой маской. Что касается литераторов, то мне профессионально и по-человечески близки Марсель Саитов, Марианна Плотникова, Михаил Кривошеев, Ольга Левина, Андрей Королев, Варвара Малыгина.

Каких СМИ (жанр, тематика) не хватает Уфе?
—  Мне кажется, нам остро не хватает издания, где был бы такой легкий сплав темы искусства и форм артистической светской хроники. Наверное, что-то близкое к тому, что в США делает журнал The New Yorker, а в России… Тут трудно сказать, но часто близко к этому идеалу дрейфуют рубрики о культуре «Коммерсанта» и иногда «МК». В Уфе отдаленно к этому приближались авторы опять же культурной рубрики издания Mkset из команды прошлого редактора — Светы Валиевой (Вероника Полянская, Ильсияр Рахматуллина).

При этом я прекрасно понимаю, что в Уфе такое идеальное издание появиться не может: у нас для него просто не хватит ресурсов, в том числе и человеческих.
Меня издает коммерческое издательство («Эксмо»), я для него тоже продукт, бренд, и мне тоже нужно эффективно взаимодействовать с его пиар-службой, что я, конечно, стараюсь делать добросовестно.
Почему брендам при наличии своего сайта, соцсетей, Яндекс.Директа еще нужна реклама в СМИ и блогах?
—  Я этого не знаю и не испытываю стремления узнать (хотя гордиться здесь нечем). Одна из проблем нашей журналистики, на мой взгляд, в том, что собственно журналистику и пиар многие здесь давно перестали различать. Я стараюсь различать четко, хотя пишу иногда рекламные тексты (всегда — легально рекламные). Почему нет? Кстати, в этом мне помогают жесткие принципы РБК: никаких форм скрытой рекламы, ее признаки тщательно мониторятся московской редакцией… Ну и поскольку журналистской работы у меня в последнее время выше крыши, я не так много внимания уделяю написанию рекламных текстов. От всего, что связано с пиаром, стараюсь держаться немножко обособленно.
Можно ли сделать карьеру в медиа, оставаясь не публичной персоной?
—  Если вы имеете в виду журналистику, то конечно. Изначально журналистика — вообще не публичная профессия. Не так важно, кто раскопал новость или проанализировал проблему. По крайней мере, публичность здесь не такая необходимость, как в шоу-бизнесе, искусстве, даже литературе. Скажем, когда Виктор Пелевин не появляется нигде десятилетиями, и его никто (кроме нашего общего редактора) не видел в глаза 15 лет, то это тоже форма публичности, пиар-стратегии…

Что касается журналистики, то, например, я в ней — просто апофеоз непубличности: все статьи я публикую только под псевдонимом и почти никогда не размещаю на своих страницах в соцсетях. Я исхожу из того, что большинству своих френдов и подписчиков я интересен как писатель, а проблема низкой маржинальности ОСАГО для игроков рынка в Башкирии им не интересна. Тем более, значительная часть из них живет не в Башкирии.

Три главных качества для человека моей профессии? Журналист должен быть спокойным, настойчивым и смелым.
Расскажите анекдот. В идеале связанный с журналистикой-СМИ-Интернетом, но не обязательно.
—  Я расскажу бородатый анекдот про прессу, но не из-за своей замшелости. Одно время (еще на моей памяти — лет 10 назад) он был актуален только для официальных изданий в регионах, типа нашей «Республики Башкортостан», а сейчас его ореол сильно разросся — и до федеральных негосударственных СМИ. Так что считайте, что это анекдот с модной хипстерской бородкой.

Брежнев и Никсон решают пробежать стометровку: кто быстрей. Ну, естественно, молодость взяла верх. Назавтра американские газеты пишут: «Никсон прибежал первым, Брежнев последним». Советские газеты: «Леонид Ильич прибежал вторым, Никсон — предпоследним».
Made on
Tilda